ЭтноэкологияЭтноэкологияЭтноэкологияЭтноэкологияЭтноэкологияЭтноэкологияЭтноэкология

Лаборатория этноэкологических исследований


Новости


Проекты


Регионы


Статьи


Методики


Мастера


Фотогалерея


Видео


Форумы


Коллеги и друзья


Новости в RSS-формате
Новости в RSS-формате

Новые альбомы в RSS-формате
Новые альбомы в RSS-формате

 

 

Особенности празднования святок и восстановление обряда в селе Хвощевка Богородского района Нижегородской области - Этноэкология: экология и культура

Особенности празднования святок и восстановление обряда в селе Хвощевка Богородского района Нижегородской области

Элементы театра есть в любом народном обряде, особенно это касается тех обрядов, где применяется ряжение, которое предполагает, что тот, кто надевает на себя маску, костюм, начинает играть и особую роль. Святочные обряды с ряжеными тому пример.

В нашем селе святочные гулянья непрерывно существовали до середины 50-х годов. Одиночные выходы ряженых детей и взрослых отмечались до последнего времени. Такая длительная сохранность именно святочных обрядов объясняется в какой-то мере тем, что Рождество является в Хвощевке престольным праздником. Это позволило достаточно полно изучить местные особенности святочной обрядности по воспоминаниям старожилов. В ходе исследований, которые я проводила с группой учащихся Хвощевской средней школы, выяснилось, что наши обряды имеют некоторые особые черты, по сравнению с теми, которые описаны в литературе.

Так же, как и везде, святки у нас делились на две части: святые вечера и страшные вечера. В эти две недели никто не работал. И дело даже не в том, что хвощевский народ сильно охоч до праздников, а в том, что на работу в эти дни накладывался прямой запрет, нарушение которого грозило различными несчастьями. Существовали, например, поверья, что если кто в эти дни будет гнуть обручи для бочек или полозья для саней, у того весь скот родится кривоногим или совсем приплода не будет; если кто лапти будет плести – в семье родится кривой, а кто шьет на Святках – у того родится слепой.

По мнению всех опрошенных, самым интересным на святках были ряжение и обход по деревням с колядками. Ряженые у нас делились на две большие группы: шобонные и нарядные. Среди шобонных были популярны зооморфные маски: медведь, конь, гусь. Но особенно большой интерес вызывали те, кто изображал персонажей не из этого мира, к которым относились «беленькие» и «покойник». Шобонные надевали шубы навыворот, обувь на босу ногу, корзины или горшки на голову, покрывали лицо марлей. Беленькие рядились во все белое. Эта группа ряженых могла позволить себе поведение, совершенно недопустимое в обычное время, в обыденной жизни. Они с шумом врывались в дома, опрокидывали кадки с водой, а порой и с тестом. Ходили по порядкам и собирали все, что могли унести: конные сани, сбрую, дрова, ведра, - стаскивали в одно место на деревне, так, чтобы кучу трудно, было разобрать, или сбрасывали все в овраг. Рассыпали поленницы, завешивали окна домов тряпками, забрасывали попавшую под руку утварь на крышу, заваливали ворота хламом, затыкали печные трубы. Особенно буйствовали «беленькие». Они могли завалить прохожего снегом, натереть ему лицо и даже побить кнутом. В эту группу ряженых входили, в основном, деревенские парни, иногда молодые мужики. Поведение этих ряженых порой воспринималось односельчанами с досадой и гневом, поскольку иногда наносило материальный ущерб, заставляло проделывать дополнительную серьезную физическую работу. Однако наказания за такие шутки в святочное время никогда не было.

Среди шобонных старожилы вспоминают также простоволосую женщину с зелеными волосами – русалку - и покойника. Одна из респондентов ежегодно рядилась покойником, она вспоминает: «Одевалась во все белое, перед входом в избу ложилась в гроб, меня заносили в дом. Поп начинал меня «отпевать», а я то глаза внезапно открою – все шарахаются, то рукой кого-нибудь ущипну, а под конец встану из гроба и давай всех ловить, хватать, - прятались от меня кто на печку, кто на полати. Визг, смех – все было. Вспоминают также, один мужчина, который очень любил рядиться и каждый год активно участвовал в святочных забавах, однажды нарядился попом и явился в дом, где собрались пожилые женщины, с вестью о том, что его просили зайти и отпеть покойника. Начав отпевание: «помяни, Господи, души усопших рабов твоих», - он перечислил имена всех присутствующих. И даже такая острая шутка вызвала только смех. Эта группа ряженых, кроме костюма, ежегодно сочиняла и небольшой сценарий, по которому и действовала. Иногда импровизировали на ходу, согласно выбранному костюму. К таким ряженым все относились одобрительно и долго помнили наиболее удачные шутки.

Нарядные, в отличие от шобонных, одевались в старинную одежду бабушек, украшали себя вышитыми полотенцами, тюлевыми занавесками, шили шаровары из платков, использовали украшения – бусы, ленты. Эту группу ряженых составляли, в основном, молодые девушки. Они, обычно не пользовавшиеся косметикой, красили лицо: губы, щеки, брови. И при этом раскрашенное лицо старались закрыть так, чтобы никто не узнал. У этой группы ряженых также был свой небольшой сценарий. Обычно они представляли или свадебный поезд или цыган. Основной целью девушек было, зайдя в дом, посмотреть, как живут знакомые парни, своими глазами увидеть порядок в доме потенциального жениха, добрая или злая у него мать, и в то же время, продемонстрировать себя с лучшей стороны. Именно они пели хозяевам домов, в которые заходили, колядные песни. К сожалению, из обрядовых песен нам удалось записать только одну. Но и она явно связана с темой свадьбы.

Коляда, колёда
Стоят в бору сосны
Зелены, кудрявы.
Нет их выше,
Нет их краше.
Рубите-ка сосны,
Пилите-ка доски,
Стелите-ка мостик.
Сосны рубили,
Дощечки пилили,
Мосточек мостили,
Сукном устилали,
Гвоздями убивали.
Кому ж, кому
Ехать по мосту,
По тому мосточку?
Степашке братцу
Ехать жениться
На вороном коне
В белом балахоне,
В черном запоне,
В черных новых сапожках,
В серой одеже,
Нет ее дороже.
Тетка-лебедка, подай-ка кишку и лепешку,
На сук навязать и свиней погонять.


В 50-е гг. ХХ в. Более распространено было исполнение святочными обходчиками частушек и песен. При этом в Хвощевке и в каждой близлежащей деревне вместо колядок исполнялось что-то одно. И обычно это были сочиненные местными жителями, часто жалостливые про смерть и страдания. Например, «В селе Кокушкино Настя Данилова жила девчоночка очень красивая. Вставала Настенька умывалася и на работушку собиралася… Бежала Настенька торопилася, под машинушкой очутилася. Лежала Настенька не плакала, из виска ее кровь ала капала… Собралась семейка милая только не было братца любимого. Братец Колюшка в Красной армии, вот получит он вести печальные…» Или «Цыганочка про Зою – девушку Космодемьянскую». Частушки пели обычно на местном материале, на мотив «Сормача» и «Семеновны».

Выход из святочных гуляний, как и везде для ряженых осуществлялся через купание в крещенской воде. Накануне Крещения, после 12 часов участники святочных игрищ шли на определенные местах – к колодцам или к реке. Но перед тем, как облиться водой, в нашем селе и окрестных деревнях разводили костры, через которые молодежь прыгала. А в деревне Шарголи даже сжигали на костре куклу «Митрошку». По словам респондентов, это сожжение было необходимо для того, чтобы вызвать воскрешение Иисуса Христа, а вместе с ним и всей природы.

Первый вид ряжения позволял лишь выплеснуть накопившуюся агрессию в наиболее безопасной форме. Второй и третий вид давали широкий простор для самовыражения, помогали раскрыться способностям каждого участника. В целом, ряженые создавали неповторимую атмосферу праздника, которого каждый год ждали, к которому готовились, в котором участвовали молодежь, старики, люди среднего возраста, - он был поистине всенародным праздником.

Когда мы с детьми собрали материал по Святкам в нашей местности, нам захотелось попробовать самим устроить святочные гулянья. Причем предложили это сами ребята. Поскольку агрессии и насилия в нашей жизни хватает, мы решили ограничиться ряжением по типу «нарядных». В наш сценарий входило пение благопожелательных песен, прославление хозяев, показ забавной сценки «Как Антошка себе невесту выбирал». При этом мы заходили не только в дома жителей, но и в местную больницу, в администрацию сельского совета, в детский сад и т.д.

Даже один год проведения Святок с детьми показал, что обряд в нашем селе может быть восстановлен. Дети, поначалу стеснялись. Но везде их принимали так доброжелательно, что очень скоро они полностью раскрепостились и даже начали импровизировать. В селе создалась праздничная атмосфера. Кроме того, наша исследовательская деятельность получила продолжение, в котором приняло участие значительно большее количество детей. Как и положено, детей везде одаривали сладостями и выпечкой. После колядования мы устроили чаепитие у самовара в школьном музее. И сколько при этом было воспоминаний и смеха. Немаловажно и то, что в администрации оценили нашу работу и теперь мы получаем от нее больше поддержки. В будущем мы надеемся, что нашу инициативу поддержат сельские жители. Впереди нас ждет много интересного, загадочного. Пока живы те, кто сможет поведать нам загадки старины глубокой, мы должны поспешить использовать эту возможность.

11 января 2010

Маковеева Алевтина Ильинична – директор этнографического музея Хвощевской СОШ Богородского района Нижегородской области

Граждане восстанавливают леса, погибшие в огне
Лесная ярмарка - подарите лесу дерево

 

Изгурт и Мещеряки, Удмуртия
Изгурт и Мещеряки, Удмуртия




Портмаськон - ряжение в Изгурте, Удмуртия
Портмаськон - удмуртский обряд ряжения, который в новогодний переходный период должен отпугнуть злых духов. Деревня Изгурт (Каменное).



"Бричка" в гостях у "Свети-Цвета" - Нижегородский Этносейшн
10 января состоялся первый праздник - диалог культур "Нижегородский Этносейшн"



Проект поддерживается интернет-порталом Forest.RU

Share |

рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001289093796 (Интернет-проект Этноэкология)